Русская история(гл.2)

Формы его политического быта носили демократический отпечаток: перед судом были равны лица всех свободных состояний; все свободные обыватели имели место и равные голоса на вече. Но общественный быт Новгорода созидался не на почве равенства. Значение каждого класса в новгородской политической жизни зависело от его экономического положения; политический авторитет каждого состояния на деле определялся его торговым весом. На верху общества лежал класс бояр, крупных капиталистов, к которым примыкали капиталисты средней руки, житые люди: оба этих класса и были политическими руководителями местного общества. Ниже их стояли купцы, настоящие торговцы: они работали чужим капиталом. Еще ниже лежал слой черных людей, ремесленников и рабочих, экономически зависевших также от высших классов. Еще менее последних значили в политической жизни земли сельские классы, дальше городских стоявшие от главного источника власти и богатства, от торгового капитала, кроме разве земцев, которые, по своему происхождению больше принадлежали к городскому обществу. Таким образом, новгородская социально-политическая лествица выстроилась соответственно имущественному неравенству состояний. Это соответствие отражалось и в сословно-юридических определениях. Боярство образовало правительственный класс, исключительно, монопольно комплектовавший по выборам веча личный состав высшего управления. Это было только обычаем, и вече могло выбрать посадника из какого ему было угодно класса. Но политический обычай заменял тогда закон, и демократическое вече, чтя старину, ни разу, сколько известно, не дало посадничества ни купцу, ни смерду. Бояре вместе с житьими ставили из своей среды представителей От концов, присяжных докладчиков в суд, посадника и наместника, также в выборные комиссии по внешним сношениям и внутренним делам, производившимся с участием депутаций от державного города. Все это важные политические права, созданные обычаем, закрепленные длинным рядом договоров с князьями и отчасти Судной грамотой. Можно думать, что и в отбывании повинностей, в податном обложении оба правящих класса пользовались некоторыми льготами и изъятиями. То же значение их сказывалось и в частных отношениях. Договоры с князьями и Судная грамота ставили основное правило «судити всех равно»; однако купец или черный человек не мог явиться со своим иском в «тиуню одрину» без подысканного им пристава из «добрых людей», т. е. из тех же бояр и житьих. Купцы имели свое сословное устройство, свой торговый суд и свое выборное управление, судились только в Новгороде, каждый в своем сте, а также разделяли с высшими классами преимущество иметь на своих землях холопов и половников с правами полицейского надзора и участия в суде над ними. Смерда и половника нельзя признать равноправными состояниями с боярином или житьим. Не говорим о духовенстве, которое в Новгороде, как и везде на Руси, имело свое точно определенное сословное устройство, свои права и законы. Так экономическое неравенство общественных классов служило основой и опорой неравенства юридического, а то и другое покрывалось народной верховной властью, по своей форме совсем не соответствовавшей ни такому складу общества, ни общественному положению высших сановников, облекаемых властью от веча. Запомним это важное в истории Новгорода противоречие его жизни, на беду новгородцев не единственное. Мы рассмотрели отношения Новгорода к князьям, строй его управления и склад общества, главные элементы его политической жизни. Теперь взглянем на эту жизнь, как она шла в совместном действии своих сил, как ее ход обнаруживался в явлениях, отмеченных древней летописью. ПОЛИТИЧЕСКИЙ БЫТ. Внешние и внутренние условия, в каких жил вольный город, укоренили в его политическом быту два противоречия, сообщившие своеобразный характер его политической жизни и не оставшиеся безучастными в решении судьбы его вольности. Я только что указал одно из этих противоречий, состоявшее в несогласии политического строя Новгорода с социальным. Раньше начало обнаруживаться другое противоречие, заключавшееся в отношениях Новгорода к князьям. Город нуждался в князе для внешней обороны и поддержания внутреннего порядка, искал его, иногда готов был силою удержать его у себя и в то же время относился к нему с крайним недоверием, старался стеснить его права, оставить ему возможно меньше места в правительственном своем обиходе, гнал его от себя, когда был им недоволен. Эти противоречия и вызывали необыкновенный шум и движение в политической жизни города. Ни один из старинных городов Древней Руси не дал такой тревожной истории, как Новгород. С самых ранних пор видим здесь оживленную борьбу политических партий; во в разное время характер ее был неодинаков. В этом отношении: внутреннюю политическую жизнь города можно разделил» на два периода. ПАРТИИ КНЯЖЕСКИЕ. До XIV в. в Новгороде часто сменялись князья, и эти князья соперничали друг с другом, принадлежа к враждебным княжеским линиям. Под влиянием этих княжеских смен в Новгороде образовались местные политические кружки, которые стояли за разных князей и которыми руководили главы богатейших боярских фамилий города. Так первый период в истории политической жизни Новгорода был ознаменован борьбою княжеских партий. Но не князья сами по себе вызывали эту борьбу: ими прикрывались важные местные интересы, для которых враждебные друг ДРУГУ князья служили только орудиями или знаменами. Князь нужен был Новгороду не только для внешней обороны, но и для расширения и обеспечения торговых оборотов. В договорах с князьями новгородцы настойчиво требовали, чтобы они не замышляли «рубежа», не задерживали новгородских купцов в своих землях, давали им «путь чист». Во время размолвки с Новгородом суздальский князь ловил новгородских купцов, торговавших в его владениях, и тогда партия в Новгороде, к которой принадлежали задержанные купцы, поднималась, чтобы заставить вече мириться с суздальским князем. Эти торговые связи и разделяли новгородских капиталистов - бояр и купцов - в борьбе за князей на враждебные партии. Богатые торговые дома, имевшие дела преимущественно с Суздальским или Смоленским краем, стояли за суздальского или смоленского Мономаховича, а черниговский Ольгович нужен был, когда на киевском столе сидел князь из черниговской линии, тем новгородским капиталистам, которые вели дела преимущественно с Черниговским краем или с Киевской землей. Значит, борьба княжеских партий, наполнявшая смутами историю Новгорода до XIV в., была собственно борьбой новгородских торговых домов, соперничавших друг с другом. ПАРТИИ СОЦИАЛЬНЫЕ. С XIV в. прекращается частая смена князей на новгородском столе; вместе с этим изменяется и характер политической жизни в Новгороде. Читая рассказ местной летописи, легко заметить эту перемену. Со смерти Ярослава I до татарского нашествия новгородская летопись, по счету С. М. Соловьева, описывает до 12 смут в городе; из них только две не были связаны с княжескими сменами, т. е. не были вызваны борьбою местных политических кругов за того или другого князя. С татарского нашествия до вступления Ивана III на великокняжеский стол в местной летописи описано более 20 смут; из них всего четыре связаны с княжескими сменами, вызваны были борьбой новгородских партий за того или другого князя; все остальные имели совсем другой источник. Этим новым источником смут, заметно обнаруживающимся с XIV в., была социальная рознь - борьба низших, бедных классов новгородского общества с высшими, богатыми. Новгородское общество делится с тех пор на два враждебных лагеря, из которых в одном стояли лепшие, или вятшие, люди, как называет новгородская летопись местную богатую знать, а в другом - люди меньшие, т. е. чернь. Так в XIV в. борьба торговых домов Новгорода сменяется борьбою общественных классов. Эта новая борьба имела свой корень также в политическом и экономическом строе города; здесь вступило в действие другое противоречие, мною упомянутое. Резкое имущественное неравенство между гражданами - очень обычное явление в больших торговых городах, особенно с республиканскими формами устройства. В Новгороде это неравенство при политическом равноправии, при демократических формах устройства, чувствовалось особенно резко, получало острый характер, производило раздражающее действие на низшие классы. Это действие усиливалось еще тяжкой экономической зависимостью низшего рабочего населения от бояр-капиталистов. Бедняки, неоплатно задолжавшие, спасаясь от долговой неволи, собирались в шайки и с беглыми холопами пускались разбойничать по Волге, ссоря свой город с низовскими князьями, особенно с Москвой. Встречаясь на вече, равноправные сограждане - меньшие люди Новгорода тем с большей горечью чувствовали на себе экономический гнет со стороны немногих богатых фамилий, а по старине из них же должны были выбирать себе управителей. Этим был воспитан в низших классах новгородского общества упорный антагонизм против высших. Малые люди вдвойне озлобляются на больших, когда нуждаются в их деньгах и тяготятся их властью. Раздвоение между верхом и низом новгородского общества не раз проявлялось и до XIV в. Так, в 1255 г. по поводу ссоры города с Александром Невским меньшие отделились от вятших, а те сговорились побить меньших. Но здесь меньшие являются еще не политической партией, а подвластным непокорным сословием, чернью, которую правящий класс хотел покарать за ослушание. Они получили характер такой партии, когда само боярство раскололось и во главе новгородского простонародья стали также некоторые богатые боярские фамилии, отделившись в политической борьбе от своей братии.

Авторские права принадлежат Ключевскому В.О.. Здесь книга представенна для ознакомления.

Hosted by uCoz