История России с древнейших времен(ч.3)

Круглое число неприятельских нашествий будет 133; из этого числа на долю татарских опустошений приходится 48, считая все известия о ти- ранствах баскаков в разных городах; приложив к числу опустошений от внешних врагов число опустошений от усобиц, получим 232, следовательно, придется по опустошению почти на каждый год. Но понятно, чго на этих од- них цифрах нельзя основать никаких выводов; так, например, Новгородская и Псковская области терпели больше всех других от нашествий внешних вра- гов, и, несмотря на то, Новгород и Псков оставались самыми богатыми го- родами во всей Северной России, ибо Псков во все это время был только раз во власти врагов, которые, впрочем, как видно, не причинили ему большого вреда: Новгород же ни разу не доставался в руки неприятелю; большая часть нашествий немецких, шведских и литовских, от которых тер- пели Новгород и Псков, ограничивались пограничными волостями их и нис- колько не могут идти в сравнение с нашествием Батыя, с двукратным та- тарским опустошением во время усобиц между сыновьями Невского, с опусто- шением Тверской области татарами и Калитою, с нашествием Тохтамыша, Еди- гея. Также обманчивы приведенные цифры и относительно восточных облас- тей; так, например, цифры показывают что Московское княжество подверга- лось большим опустошениям, чем княжество Тверское; но рассмотрение дру- гих обстоятельств, и именно когда и какого рода опустошениям подверга- лись оба соперничествующие княжества, совершенно изменяет дело: Тверское княжество подверглось страшному опустошению вконец от татар и Калиты при князе Александре Михайловиче; потом, не успело оно оправиться от этого бедствия, начинаются усобицы княжеские, заставляющие народ выселяться из родных пределов в другие княжества, тогда как Москва не терпит опустоше- ний от внешних врагов от Калиты до Донского, а усобицы начинаются в ней только в княжение Василия Васильевича, когда она уже воспользовалась временем отдыха и взяла окончательно верх над всеми другими княжествами. Цифры показывают, что более частым нападениям внешних врагов подверга- лись пограничные области на юго-востоке и северо-западе - Рязанская, Новгородская и Псковская; Рязанская - от татар, Новгородская и Псковская - от шведов, немцев и Литвы - и числовое большинство остается на стороне северо-западных границ. Но мы заметили, что нашествий шведских и немец- ких нельзя сравнить с татарскими; с другой стороны, не должно преувели- чивать и вреда, который Россия претерпевала от татар; не должно забы- вать, что иго тяготело особенно только в продолжение первых 25 лет, что уже в 1266 году летописец извещает об его ослаблении, что уже в конце XIII века исчезают баскаки и князья сами распоряжаются относительно вы- хода; что после татарских опустошений, которые были следствием усобицы между сыновьями Невского, до опустошения Тверской области татарами с Ка- литою и после этого вплоть до Тохтамышева нашествия, в продолжение, сле- довательно, с лишком 50 лет, за исключением пограничных княжеств Рязанс- кого и Нижегородского, Северо-Восточная Россия не слыхала о татарских нашествиях, а потом, кроме Тохтамышева, Едигеева и Улу-Махметова нашест- вия, набеги касались только границ, и по-прежнему терпело от них преиму- щественно княжество Рязанское. Вообще с цифрами в истории надобно обхо- диться очень осторожно. Обратимся к физическим бедствиям. Под 1230 годом летописец говорит о голоде, свирепствовавшем во всей России, кроме Киева: в половине сентяб- ря мороз побил весь хлеб в Новгородской области, и отсюда началось горе большое, говорит летописец: начали покупать хлеб по 8 кун, кадь ржи - по 20 гривен, пшеницы - по 40 гривен, пшена - по 50, овса - по 13; разошел- ся весь город наш и вся волость, и наполнились чужие города и страны братьями нашими и сестрами; оставшиеся начали мереть: трупы лежали по улицам, младенцев грызли псы; ели мох, сосну, кору липовую, лист разный; некоторые из черни резали живых людей и ели, другие обрезывали мясо с трупов, иные ели лошадей, собак, кошек; преступников казнили, вешали, жгли, но встало другое зло: начали зажигать домы людей добрых, у которых чуяли рожь, и грабили имение их; между родными не было жалости, сосед соседу не хотел отломить куска хлеба; отцы и матери отдавали детей своих из хлеба в рабство купцам иноземным; по улицам скорбь при виде трупов, лежащих без погребения, дома тоска при виде детей, плачущих по хлебе или умирающих с голоду; цены возвысились, наконец, до того, что четвертую часть кади ржи начали покупать по гривне серебра. Архиепископ Спиридон поставил скудельницу и приставил человека доброго и смиренного, именем Станил, возить в нее мертвецов на лошади со всего города; Станил возил целый день беспрестанно и навозил 3030 трупов; скудельница наполнилась, поставили еще другую и наклали 3500 трупов. Псковский летописец расска- зывает об этом голоде у себя в тех же чертах; его особенно поразило то, что в великий пост люди ели конину. "Написал бы еще кой о чем похуже, да и так уже горько",- оканчивает он свой рассказ. В Смоленске выстроено было четыре скудельницы, в которых было положено 32000 трупов. В 1251 году пошли дожди в Новгородской области, подмочили хлеб и сено, осенью мороз побил хлеб; в 1291 году то же самое; в 1303 году там же зима была теплая, не было снегу через всю зиму, и люди хлеба не добыли. В 1309 го- ду был голод сильный и по всей Русской земле, потому что мышь поела вся- кий хлеб. В 1331 году была большая дороговизна в Русской земле: это го- лодное время слыло под названием рослой ржи. В 1364 году с половины лета стояла мгла, зной был страшный, леса, болота и земля горели, реки высох- ли; в следующем году то же самое, и отсюда сильный голод. Осенью 1370 года было снегу много, и хлеб пошел под снег; но зима была теплая, весь снег сошел в самом начале великого поста, и хлеб был сжат в великий пост; летом в солнце показались места черные, как гвозди, мгла была та- кая, что на сажени нельзя было ничего перед собою видеть, люди сталкива- лись лбами, птицы падали с воздуху людям на головы, звери смешивались с людьми, медведи и волки бродили по селам, реки, болота, озера высохли, леса горели, голод был сильный по всей земле. В 1373 году при сильном зное не было ни капли дождя во все лето. Летом 1407 года было сумрачно и дождливо, крылатый червь летел от востока на запад, поел деревья и засу- шил их; в 1409 году множество людей померло от голоду; в 1412 дороговиз- на в Нижнем Новгороде; в 1418 году снег выпал 15 сентября, шел трое су- ток и покрыл землю на 4 пяди, пошли морозы; но потом стало тепло, снег сошел, но хлеба сжали мало после снега, и начался голод по всей Русской земле. В 1421 году свирепствовал голод в Новгороде и по всей Русской земле, много людей померло с голоду, другие ушли в Литву, иные померзли на дороге, потому что зима была очень холодна; в Москве оков ржи покупа- ли по полтора рубля, в Костроме - по два рубля, в Нижнем - по шести; во Пскове тогда клети были полны хлеба от прежних лет, и вот пошли ко Пско- ву новгородцы, корела, чудь, вожане, тверичи, москвичи, просто сказать, пошел народ со всей Русской земли, и нашло его множество, стали покупать рожь во Пскове, по волостям и пригородам и возить за рубеж, цены подня- лись, зобница ржи начала продаваться по 70 ногат, жита - по 50, овса - по 30, вследствие чего псковичи запретили вывозить хлеб за рубеж, а на- хожих людей стали выгонять изо Пскова и изо всех волостей; иные разош- лись, а которые остались во Пскове, тех множество перемерло, и наклали их в одном Пскове четыре скудельницы, а сколько погибло по пригородам и волостям - тем и числа нет.

Авторские права принадлежат Соловьеву С.М.. Здесь книга представенна для ознакомления.

Hosted by uCoz