История России с древнейших времен(ч.2)

Северная Русь лишилась своего Всеволода; умирая, он ввергнул меч меж- ду сыновьями своими и злая усобица между ними грозила разрушить дело Андрея и Всеволода, если только это дело было произведением одной их личности; Юго-Западная, старая, Русь высвобождалась от тяготевшего над нею влияния Северной, последняя связь между ними - старшинство и сила Юрьевичей - рушилась, и надолго теперь они разрознятся, будут жить осо- бою жизнию до тех пор, пока на севере не явятся опять государи единов- ластные, собиратели Русской земли; тогда опять послышится слово, что нельзя Южной Руси быть без Северной, и последует окончательное соедине- ние их. Но по смерти Всеволода казалось, что Южная Русь не только осво- бодится от влияния Северной, но, в свою очередь, подчинит ее своему вли- янию, ибо когда Северная Русь лишилась Всеволода и сыновья его губили свои силы в усобицах, у Руси Южной оставался Мстислав, которого доблести начали с этих пор обнаруживаться самым блистательным образом: ни в русс- кой, ни в соседних странах не было князя храбрее его; куда ни явится, всюду принесет с собою победу; он не будет дожидаться, пока северный князь пришлет на юг многочисленные полки, чтобы отразить их, как отец его отразил полки Андреевы, он сам пойдет в глубь этого страшного суро- вого сжимающего севера и там поразит его князей, надеющихся на свое гро- мадное ополчение, и вместе уничтожит завещание Всеволода; в Руси Днеп- ровской он не даст Мономахова племени в обиду Ольговичам; наконец, выр- вет Галич из рук иноплеменников. Казалось бы, какая блистательная судьба должна была ожидать Юго-Западную Русь при Мстиславе, какие важные, про- должительные следствия должна была оставить в ней его деятельность, если только судьба Юго-Западной Руси могла зависеть от одной личности Мстис- лавовой! В 1212 году умер Всеволод Великий, ив 1213 г. уже встречаем известие об усобице сыновей его. Константин не мог спокойно сносить потерю стар- шинства, по словам летописи, он разгорелся яростию, воздвигнул брови свои гневом на брата Юрия и на всех думцев, которые присоветовали старо- му Всеволоду отнять у него старшинство, и тотчас же наступило сильное волнение в Суздальской земле: люди толпами стали перебегать с одной сто- роны на другую. Между прочими князь Святослав Всеволодович, рассердив- шись за что-то на брата Юрия, бежал от него к большому брату, Константи- ну, в Ростов; другой Всеволодович, Владимир, князь юрьевский, также был против владимирского князя. Видя это, последний спешил заключить крепкий союз по крайней мере с Ярославом Всеволодовичем, князем переяславским; он сказал ему: "Брат Ярослав! Если пойдет на меня Константин или Влади- мир, будь ты со мною заодно, a они против тебя пойдут, то я приду к тебе на помощь". Ярослав согласился, поцеловал с Юрием крест и отправился в свой Переяславль, где созвал жителей к св. спасу и сказал им: "Братья переяславцы! Отец мой отошел к богу, вас отдал мне, а меня дал вам на руки: скажите же, братцы: хотите ли иметь меня своим князем и головы свои сложить за меня?" Переяславцы отвечали в один голос: "И очень хо- тим; ты наш господин, ты Всеволод!" После чего все целовали ему крест. В то время, как это происходило в Переяславле, в Ростове Константин все злобился на Юрия, толковал: "Ну разве можно сидеть на отцовском столе меньшему, а не мне, большему?" и сбирался идти на Владимир с братом Свя- тославом. Юрий боялся войны и послал сказать ему: "Брат Константин! Если хочешь Владимира, то ступай садись в нем, а мне дай Ростов". Но Констан- тин не хотел этого; он хотел в Ростове посадить сына своего Василька, а сам хотел сесть во Владимире и отвечал Юрию: "Ты садись в Суздале". Юрий не согласился и послал сказать брату Ярославу: "Идет на меня брат Конс- тантин; ступай к Ростову, и как там бог даст: уладимся или станем биться". Ярослав пошел с своими переяславцами, а Юрий с владимирцами и суздальцами и стали у Ростова за рекою Ишнею, а Константин расставил свои полки на бродах подле реки, и начали биться об нее; река была очень грязна, и потому Юрию с Ярославом нельзя было подойти к городу, они пожгли только села вокруг, скот угнали, да жито потравили; потом, прос- тоявши друг против друга четыре недели, братья помирились и разошлись по своим городам. Но усобица была далека до конца; Юрий знал, что мир нена- дежен, и принимал свои меры: ему, как видно, трудно было удерживать за собою отцовское приобретение, рязанские волости, которых князья и дружи- ны их томились в тюрьмах владимирских; он освободил их, одарил и князей и дружину золотом, серебром, конями, утвердился крестным, целованием и отпустил в Рязань. Скоро началась опять усобица, начал ее Владимир Всеволодович: он вы- бежал из своего Юрьева сперва на Волок, а оттуда на Москву и сел здесь, отнявши этот город у Юрия. Потом начал наступать и Константин: отнял у Юрия Солигалич, пожег Кострому, а у Ярослава отнял Нерехту; обиженные братья собрали полки и пошли опять к Ростову вместе с князем Давыдом му- ромским, остановились на старом месте за рекою Ишнею и велели людям сво- им жечь села. Между тем Владимир с москвичами и дружиною своею пошел к Дмитрову, городу Ярославову; дмитровцы сами пожгли все посады, затвори- лись и отбили все приступы, и Владимир, испуганный вестию о приближении Ярослава, бежал от города назад в Москву, потерявши задний отряд своей дружины, который перерезали дмитровцы, гнавшиеся за беглецами. Юрий и Ярослав стояли все у Ростова, не вступая в битву по северному обычаю, и опять помирились, выговоривши у Константина, чтоб он не только не помо- гал Владимиру, но чтоб еще дал полки свои для отнятия у последнего Моск- вы. Пришедши к Москве, Юрий послал сказать Владимиру: "Приезжай ко мне, не бойся, я тебя не съем, ты мне свой брат". Владимир поехал, и братья уговорились, чтоб Владимир отдал Москву назад Юрию, а сам отправился княжить в Переяславль Южный.

Авторские права принадлежат Соловьеву С.М.. Здесь книга представенна для ознакомления.

Hosted by uCoz