История России с древнейших времен(ч.4)

В так называемой Новгородс- кой четвертой летописи под 1384 годом при описании вечевой смуты в Нов- городе летописец говорит: "И стояху славляне по князе, и звониша веча на Ярославли дворе по две недели, а здесе, на сей стороне, три князи другое вече ставиша". Под 1418 годом опять виден летописец-современник описан- ного события. При описании события 1255 года летописец прямо дает знать, что он принадлежит к стороне меньших: "И побежа Михалко из города к св. Георгию, како было ему своим полком уразити нашю сторону". Если московс- кий летописец неблагосклонно отзывается о новгородцах, то и новгородский пользуется случаем сказать дурное о москвичах, упрекнуть их в трусости; так, при описании Батыева нашествия читаем: "Москвичи же побегоша, ниче- го же не видевше". Мы упомянули о так называемой Новгородской четвертой летописи. Всяко- му с первого же взгляда на нее будет ясно, что это название неправильно, ибо означенная летопись есть довольно полный сборник разных летописей, в том числе и Новгородской; но, конечно, он не может получить названия от одной только составной части своей. Здесь под 1352 годом встречаем мы летописца псковского, распространяющегося о моровой язве в его городе; под 1371 годом встречаем летописца московского, который, рассказывая о сражении москвичей с рязанцами, называет первых нашими, видим явные сшивки из разных летописей; так, например, под 1386 годом два раза расс- казано об одном и том же событии, именно о походе смоленских князей под Мстиславль, сначала короче, а потом пространнее; а под 1404 годом два раза рассказано о взятии Смоленска Витовтом. Мы видели, что в конце XIV и начале XV века распространилось мнение о близком конце мира; мы видели, что новгородский владыка Иоанн в 1397 го- ду уговаривал новгородцев помириться с псковичами, представляя им, что уже приходит последнее время. В этом отношении замечательно следующее место в сборнике, носящем название Новгородской четвертой летописи, под 1402 годом: "В великой пост, в марте месяце, являлось знамение на небе- си: в вечернюю зарю, на западе, звезда не малая в виде копья, а на верху у нее как луч сиял. Это является ради наших грехов, преобразует и претит и велит нам покаяться; смею сказать, сбывается слово евангельское: зна- мения на небеси являются; встали и языки друг на друга: татары, турки, фряги, ляхи, немцы, литва. Но что мне говорить о татарах и турках и про- чих языках неверных и некрещеных? Мы сами, называемые христиане, право- верные и православные, ведем между собою брани и рати. Случается так: встает правоверный князь на правоверного князя, на брата своего родного или на дядю и от вражды, непокорения и гнева доходит дело до кровопроли- тия. Воины, с обеих сторон православные христиане, ратуют каждый по сво- ем князе, волею и неволею; в схватке секутся без милости: поднимает руку христианин на христианина, кует копье брат на брата, острит меч приятель на приятеля, стрелами стреляет ближний ближнего, сулицею прободает срод- ник сродника, племенник своего племенника низлагает и правоверный едино- верного рассекает, юноша седин старческих не стыдится и раб божий раба божиего не пощадит". Начало псковских летописей можно отнести ко второй четверти XIII ве- ка. Относительно состава списков их, до нас дошедших, встречаем любопыт- ное указание в так называемой второй Псковской летописи под 1352 годом: "Бысть мор зол во Пскове, и по селам, и по всей волости, хракотный: о сем пространне обрящеши написано в Русском летописци". Это пространное известие о море, написанное, как по всему видно, псковичом и современни- ком, находится во Псковской первой и в Новгородской четвертой летописи; но какая летопись разумеется здесь под именем Русского летописца? Мы ду- маем только, что здесь не может разуметься местная Псковская. Что каса- ется характера Псковских летописей, то рассказ их отличается особенным простодушием; при этом замечаем в Псковских летописцах сильную привязан- ность к одним и тем же обычным выражениям при описании известных собы- тий. Легко заметить, на каких отношениях сосредоточивается преимущест- венно участие летописца - на отношениях к немцам ливонским и к Новгоро- ду; мы заметили, что жалоба на непособие от новгородцев служит постоян- ным припевом псковского летописца. В северо-восточной летописи вообще в описываемое время, именно с кон- ца XIV века, замечаем важную перемену: годы мироздания перестают счи- таться с марта и начинают считаться с сентября. Заметим и перемену в ве- ществе рукописей: с XIV века вместо пергамена стали употреблять бумагу, сделанную из хлопчатой, и тряпичную. На юго-западе во второй четверти XIII века славился певец Митуса, ко- торого летописец называет словутным и говорит, что он по гордости не хо- тел служить князю Даниилу; Митуса находился, как видно, в службе владыки перемышльского, ибо взят был в плен вместе со слугами последнего. До ли- товского владычества юго-западные русские князья - Рюриковичи в любви к книгам подражали, как видно, своим предшественникам: о Владимире Ва- сильковиче волынском читаем, что он говорил ясно от книг, потому что был философ великий. Этот князь сам трудился над переписыванием книг: так, говорится, что он сам списал Евангелие и Апостол, другие священные и бо- гослужебные книги велел переписывать и раздавал по церквам; молитвенник купил за 8 гривен кун. Что касается юго-западной, т. е. Волынской, летописи, то к сказанному прежде мы должны прибавить теперь, что эта летопись любопытна отсутстви- ем хронологии, ибо годы, выставленные в дошедших до нас списках, выстав- лены позднейшими переписчиками; первоначально же летопись составляла сплошной рассказ, как это, например, ясно видно между годами 1259 и 1260. Для объяснения этого служит следующее место летописи, находящееся под 1254 годом: "В та же лета, времени минувшу, хронографу же нужа есть писати все и вся бывшая, овогда же писати в передняя, овогда же возсту- пати в задняя; чьтый мудрый разумеет; число же летом вде не писахом, в задняя впишем по Антивохыйскым сором алумпиядам, грьцкыми же численица- ми, римськы же високостом, якоже Евсевий и Памьфил, инии хронографи спи- саша от Адама до Хрестоса; вся же лета спишем росчетше во заднья". Здесь слова "овогда же (нужа) писати в передняя, овогда же возступати в зад- няя" показывают нам, что летописец тяготился хронологическим порядком, который заставляет прерывать нить однородных известий, понимал, что иногда нужно вести рассказ сплошь в продолжение нескольких лет и потом опять возвращаться назад к другого рода событиям. Должно прибавить так- же, что рассказ о кончине князя Владимира Васильковича обличает совре- менника-очевидца, писавшего в княжение преемника Владимирова, Мстислава Даниловича; на это указывают следующие слова в обращении к Владимиру: "Возстани, видь брата твоего, красящаго стол земли твоея; к сему же вижь и благоверную свою княгиню, како благоверье держит по преданью твоему".

Авторские права принадлежат Соловьеву С.М.. Здесь книга представенна для ознакомления.

Hosted by uCoz