История России с древнейших времен(ч.1)


Феодосия и взять молитву у игумена; несмотря на то, летописец не приба-
вил ни слова в похвалу его, хотя любил сказать что-нибудь доброе о каж-
дом умершем князе. В житиях святых печерских находим дополнительные из-
вестия. которые объясняют нам причину молчания летописца: однажды вздо-
рожала соль в Киеве; иноки Печерского монастыря помогали народу в такой
нужде; Святополк, узнав об этом, пограбил соль у монахов, чтоб продать
ее самому дорогою ценою; игумен Иоанн обличал ревностно его корыстолюбие
и жестокость: князь заточил обличителя, но по том возвратил из опасения
вооружить против себя Мономаха Сын Святополка, Мстислав, был похож на
отца: однажды разнеслась весть, что двое монахов нашли клад в пещере;
Мсти слав мучил без пощады этих монахов, выпытывая у них. где клад. Этот
Мстислав был рожден от наложницы, которая, по некоторым известиям, имела
сильное влияние на бесхарактерного Святополка. При нем, говорит автор
житий, много было насилия от князя людям; домы вельмож без вины искоре-
нил, имение у многих отнял; великое было тогда нестроение и грабеж без-
законный.
Таково было княжение Святополка для киевлян. Легко понять, что племя
Изяславово потеряло окончательно народную любовь на Руси; дети Святосла-
ва никогда не пользовались ею: мы видели, какую славу имел Олег Горисла-
вич в народе; в последнее время он не мог поправить ее, не участвуя в
самых знаменитых походах других князей. Старший брат его, Давыд, был ли-
цо незначительное; если он сделал менее зла Русской земле, чем брат его,
то, как видно, потому, что был менее его деятелен; но если бы даже Давыд
и имел большое значение, то оно исчезало пред значением Мономаха, кото-
рый во все княжение Святополка стоял на первом плане; от него одного
только народ привык ждать всякого добра; мы видели, что в летописи он
является любимцем неба, действующим по его внушению, и главным зачинате-
лем добрых предприятий; он был старшим на деле; любопытно, что летописец
при исчислении князей постоянно дает ему второе место после Святополка,
впереди Святославичей: могли ли они после того надеяться получить стар-
шинство по смерти Святополковой? При тогдашних неопределенных отношени-
ях, когда княжил целый род, странно было бы ожидать, чтоб Святополково
место занято было кем-нибудь другим, кроме Мономаха. Мы видели, как пос-
тупили новгородцы, когда князья хотели вывести из города любимого ими
Мстислава; также поступают киевляне по смерти Святополка, желая видеть
его преемником Мономаха. Они собрали вече, решили, что быть князем Вла-
димиру, и послали к нему объявить об этом: "Ступай, князь, на стол от-
цовский и дедовский", - говорили ему послы. Мономах, узнав о смерти Свя-
тополка, много плакал и не пошел в Киев: если по смерти Всеволода он не
пошел туда, уважая старшинство Святополка, то ясно, что и теперь он пос-
тупал по тем же побуждениям, уважая старшинство Святославичей. Но у ки-
евлян были свои расчеты: они разграбили двор Путяты тысяцкого за то, как
говорит одно известие, что Путята держал сторону Святославичей, потом
разграбили дворы сотских и жидов; эти слова летописи подтверждают то из-
вестие, что Святополк из корыстолюбия дал большие льготы жидам, которыми
они пользовались в ущерб народу и тем возбудили против себя всеобщее не-
годование. После грабежа киевляне послали опять к Владимиру с такими
словами: "Приходи, князь, в Киев; если же не придешь, то знай, что много
зла сделается: ограбят уже не один Путятин двор или сотских и жидов, но
пойдут на княгиню Святополкову, на бояр, на монастыри, и тогда ты,
князь, дашь богу ответ, если монастыри разграбят". Владимир, услыхавши
об этом, пошел в Киев; навстречу к нему вышел митрополит с епископами и
со всеми киевлянами, принял его с честью великою, все люди были рады, и
мятеж утих.
Так после первого же старшего князя во втором поколении нарушен уже
был порядок первенства вследствие личных достоинств сына Всеволодова;
племя Святославово потеряло старшинство, должно было ограничиться одною
Черниговскою волостию, которая таким образом превращалась в отдельную от
остальных русских владений отчину, подобно Полоцкой отчине Изяславичей.
На первый раз усобицы не было: Святославичам нельзя было спорить с Моно-
махом; но они затаили обиду свою только на время.
В непосредственной связи с приведенными обстоятельствами избрания Мо-
номахова находится известие, что Владимир тотчас по вступлении на стар-
ший стол собрал мужей своих, Олег Святославич прислал также своего мужа,
и порешили ограничить росты; очень вероятно, что жиды с позволения Свя-
тополкова пользовались неумеренными ростами, за что и встал на них на-
род.
Святославичи не предъявляли своих прав, с ними не было войны; несмот-
ря на то, и княжение Мономаха не обошлось без усобиц. Мы видели еще при
Святополке поход князей на Глеба Всеславича минского; этот князь, как
видно, наследовал дух отца своего и деда и вражду их с Ярославичами: он
не побоялся подняться на сильного Мономаха, опустошил часть земли дрего-
вичей, принадлежавшую Киевскому княжеству, сжег Слуцк, и когда Владимир
посылал к нему с требованием, чтоб унялся от насилий, то он не думал
раскаиваться и покоряться, но отвечал укоризнами. Тогда Владимир в 1116
году, надеясь на бога и на правду, по выражению летописца, пошел к Минс-
ку с сыновьями своими, Давыдом Святославичем и сыновьями Олеговыми. Сын
Мономаха, Вячеслав, княживший в Смоленске, взял Оршу и Копыс; Давыд с
другим сыном Мономаховым, Ярополком, княжившим в Переяславле, на отцовс-
ком месте, взяли Друцк приступом, а сам Владимир пошел к Минску и осадил
в нем Глеба. Мономах решился взять Минск, сколько бы ни стоять под ним,
и для того велел у стана строить прочное жилье (избу); Глеб, увидав при-
готовление к долгой осаде, испугался и начал слать послов с просьбами:
Владимир, не желая, чтоб христианская кровь проливалась великим постом,
дал ему мир; Глеб вышел из города с детьми и дружиною, поклонился Влади-
миру и обещался во всем его слушаться; тот, давши ему наставление, как
вперед вести себя, возвратил ему Минск и пошел назад в Киев; но сын его
Ярополк переяславский не думал возвращать свой плен, жителей Друцка; тя-
готясь более других князей малонаселенностью своей степной волости, так
часто опустошаемой половцами, он вывел их в Переяславское княжество и
срубил для них там город Желни. Минский князь, как видно, недолго испол-
нял наказ Владимиров: в 1120 году у Глеба отняли Минск и самого привели
в Киев, где он в том же году и умер.
Другая усобица происходила на Волыни. Мы видели, что Владимир жил
дружно с Святополком; последний хотел еще более скрепить эту дружбу, ко-
торая могла быть очень выгодна для сына его Ярослава, и женил последнего
на внучке Мономаховой, дочери Мстислава новгородского. Но самый этот
брак, если не был единственною, то по крайней мере одною из главных при-
чин вражды между Ярославом и Мономахом. Под 1118 годом встречаем извес-
тие, что Мономах ходил войною на Ярослава к Владимиру-Волынскому вместе
с Давидом Святославичем, Володарем и Васильком Ростиславичами.

Авторские права принадлежат Соловьеву С.М.. Здесь книга представенна для ознакомления.

Hosted by uCoz