История России с древнейших времен(ч.1)

Но тот не хотел кланяться дяде: "Если
б он пришел только с детьми, - говорил он, - то взял бы любую волость;
но когда привел на меня половцев и врагов моих Ольговичей, то хочу с ним
биться". Из этих слов ясно видно, что Изяслав придумывал только предло-
ги; предлоги были нужны, потому что киевляне не хотели сражаться с сыном
Мономаховым и теперь, как прежде: если б даже и не было на юге того неу-
довольствия на Изяслава, о котором объявлял отцу Ростислав Юрьевич, то и
тогда трудно было киевлянам поднять руки на Юрия, во-первых, как на сына
Мономахова, во-вторых, как на дядю, старшего, который по общему совре-
менному сознанию имел более права, чем Изяслав; притом же киевляне до
сих пор не имели сильных причин враждовать против Юрия и потому говорили
Изяславу: "Мирись, князь, мы нейдем". Изяслав все уговаривал их: "Пой-
демте со мною; ну хорошо ли мне с ним мириться, когда я не побежден,
когда у меня есть сила?" Киевляне пошли, наконец, но, разумеется, нео-
хотно, что не могло предвещать добра Изяславу, хотя силы его и были зна-
чительны: к нему пришел Изяслав Давыдович на помощь, пришел и брат Рос-
тислав с большим войском. Изяслав решился перейти Днепр и приблизиться к
Переяславлю, под которым и встретился с дядиными полками; передовые от-
ряды - черные клобуки и молодая дружина Изяславова - имели дело с полов-
цами Юрия и отогнали их от города; когда же сошлись главные полки, то
целый день стояли друг против друга; только стрельцы с обеих сторон би-
лись между ними; а в ночь Юрий прислал сказать племяннику: "Брат! ты на
меня приходил, землю мою повоевал и старшинство снял с меня; а теперь,
брат и сын, ради Русской земли и христиан не станем проливать христианс-
кой крови, но дай мне посадить в Переяславле сына своего, а ты сиди се-
бе, царствуя в Киеве; если же не хочешь так сделать, то бог нас рассу-
дит". Изяславу не понравилось это предложение, он задержал посла и вывел
все войско свое из города в поле.
На другой день, когда он отслушал обедню в Михайловской церкви и уже
хотел выйти из нее, епископ Евфимий со слезами стал упрашивать его:
"Князь! помирись с дядею: много спасения примешь от бога и землю свою
избавишь от великой беды". Но Изяслав не послушался; он надеялся на мно-
жество войска и отвечал епископу: "Своею головою добыл я и Киев и Пере-
яславль", и выехал из города. Опять до самых вечерен стояли противные
полки друг против друга, разделенные рекою Трубежом; Изяслав с братьями,
Ростиславом и Владимиром, и с сыновьями, Мстиславом и Ярополком, созвал
бояр и всю дружину и начали думать, переправиться ли первым за Трубеж и
ударить на Юрия. Мнения разделились: одни говорили Изяславу: "Князь! не
переправляйся за реку; Юрий пришел отнимать твои земли, трудился, тру-
дился и до сих пор ни в чем не успел и теперь уже оборотился назад, в
ночь непременно уйдет; а ты, князь, не езди за ним". Другие говорили
противное: "Ступай, князь! Бог тебе отдает врага в руки, нельзя же упус-
кать его". К несчастию, Изяслав прельстился последним мнением, выстроил
войско и перешел реку. В полдень на другой день переметчик поскакал из
войска Юрьева, оттуда погнались за ними; сторожа Изяславовы переполоши-
лись, закричали: "Рать!", и Мстиславичи повели полки свои вперед; Юрий с
Ольговичами, увидав это движение, также пошли к ним навстречу и, пройдя
вал, остановились; остановились и Мстиславичи, и опять дело кончилось
одною перестрелкою, потому что когда наступил вечер, то Юрий оборотил
полки и пошел назад в свой стан. Изяслав опять начал думать с братьями и
дружиною, и опять мнения разделились: одни говорили: "Не ходи, князь!
пусти их в стан; теперь верно, что битвы не будет"; но другие говорили:
"Уже они бегут перед тобою; ступай скорее за ними!" И на этот раз Изяс-
лав принял последнее мнение и двинулся вперед; тогда Юрий с Ольговичами
возвратились и устроили войска: сыновей своих Юрий поставил по правую,
Ольговичей - по левую сторону. На рассвете 23-го августа полки сошлись,
и началась злая сеча: первые побежали поршане (жители городов поросских,
к которым должно относить и черных клобуков), за ними Изяслав Давыдович,
а за Давыдовичем и киевляне; переяславцы изменили: мы видели, что они и
прежде сносились с сыном Юрьевым, теперь снеслись с отцом и во время
битвы не вступили в дело, крича: "Юрий нам князь свой, его было нам ис-
кать издалека". Видя измену и бегство, дружины Мстиславичей смеялись: в
начале дела Изяслав с дружиною схватился с Святославом Ольговичем и с
половиною полка Юриева, проехал сквозь них и, будучи уже за ними, уви-
дал, что собственные полки его бегут; тут он побежал и сам, переехал
Днепр у Канева и сам-третей явился в Киев. Измена переяславцев и бегство
поршан всего лучше показывают справедливость известия, принесенного отцу
Ростиславом Юрьичем; да и, кроме того. несчастный исход битвы для Изяс-
лава можно было предвидеть: этот князь вступил в борьбу за свои личные
права против всеобщего нравственного убеждения; киевляне, уступая этим
личным правам, пошли за сыном Мстиславовым против Юрия, но пошли неохот-
но, с видимым колебанием, с видимою внутреннею борьбою, а такое располо-
жение не могло дать твердости и победы. На другое утро Юрий вошел в Пе-
реяславль и, пробыв здесь три дня, отправился к Киеву и стал против Ми-
хайловского монастыря, по лугу. Мстиславичи объявили киевлянам: "Дядя
пришел; можете ли за нас биться?" Те отвечали: "Господа наши князья! Не
погубите нас до конца: отцы наши, и братья и сыновья одни взяты в плен,
другие избиты и оружие с них снято, возьмут и нас в полон; поезжайте
лучше в свою волость; вы знаете, что нам с Юрием не ужиться; где потом
увидим ваши стяги, будем готовы с вами". Услыхав такой ответ, Мстислави-
чи разъехались: Изяслав - во Владимир, Ростислав - в Смоленск; а дядя их
Юрий въехал в Киев; множество народа вышло к нему навстречу с радостью
великою, и сел он на столе отца своего, хваля и славя бога, как говорит
летописец. Прежде всего Юрий наградил своего союзника - Святослава
Ольговича: он послал в Чернигов за Владимиром Давыдовичем и велел ему
отдать Святославу Курск с Посемьем, а у Изяслава Давыдовича Ольгович
взял землю южных дреговичей. Потом Юрий нача раздавать волости сыновьям
своим: старшего сына Ростислава посадил в Переяславле, Андрея - в Вышго-
роде, Бориса - в Белгороде, Глеба - в Каневе, Василька - в Суздале.
Между тем Изяслав Мстиславич, приехав во Владимир, послал за помощью
к родне своей - королю венгерскому, князьям польским и чешским, прося
их, чтоб сели на коней сами и пошли к Киеву, а если самим нельзя, то
чтоб отпустили полки свои с меньшею братиею или с воеводами. Король вен-
герский Гейза II сначала отказался, велел сказать Изяславу: "Теперь у
меня рать с императором греческим, когда буду свободен, то сам пойду к
тебе на помощь или полки свои отпущу". Польские князья велели отвечать:
"Мы недалеко от тебя; одного брата оставим стеречь свою землю, а вдвоем
к тебе поедем"; чешский князь также отвечал, что сотов сам идти с полка-
ми. Но Изяславу было мало одних обещаний; он опять отправил послов в
Венгрию, Польшу и Богемию с большими дарами; послы должны были говорить
князьям: "Помоги вам бог за то, что взялись мне помогать; садитесь,
братья, на коней с рождества Христова".

Авторские права принадлежат Соловьеву С.М.. Здесь книга представенна для ознакомления.

Hosted by uCoz