История России с древнейших времен(ч.1)

По смерти Мстислава Великого, когда
начались смуты на Руси, герой польский уже устарел, да и постоянно отв-
лекался западными отношениями; а по смерти Болеслава усобицы между сы-
новьями его не только помешали им воспользоваться русскими усобицами, но
даже заставили их дать место вмешательству русских князей в свои дела.
Болеслав умер в 1139 году, оставив пятерых сыновей, между которыми нача-
лись те же самые родовые отношения, какие мы видели до сих пор между
князьями русскими и чешскими. Старший из Болеславичей сидел на главном
столе в Кракове; меньшие братья имели свои волости и находились к стар-
шему только в родовых отношениях. Легко понять, какое следствие для
Польши должны были иметь подобные отношения между князьями, когда значе-
ние вельмож успело уже так усилиться. Владислав II, старший между Болес-
лавичами, был сам человек кроткий и миролюбивый; но не такова была жена
его, Агнесса, дочь Леопольда, герцога австрийского. Немецкой принцессе
казались дикими родовые отношения между князьями, ее гордость оскорбля-
лась тем, что муж ее считался только старшим между братьями; она называ-
ла его полукнязем и полумужчиною за то, что он терпел подле себя столько
равноправных князей. Владислав поддался увещаниям и насмешкам жены: он
начал требовать дани с волостей, принадлежавших братьям, забирать города
последних и обнаруживал намерение совершенно изгнать их из Польши. Но
вельможи и прелаты встали за младших братьев, и Владислав принужден был
бежать в Германию; старшинство принял второй после него брат, Болеслав
IV, Кудрявый. В этих усобицах принимал участие Всеволод Ольгович, по
родству с Владиславом, за старшим сыном которого, Болеславом, была дочь
его Звенислава, или Велеслава. В 1142 году Всеволод посылал сына своего
Святослава, двоюродного брата Изяслава Давыдовича и Владимирка галицкого
на помощь Владиславу против меньших братьев; русские полки не спасли
Владислава от изгнания; наш летописец сам признается, что они удо-
вольствовались только опустошением страны, побравши в плен больше мир-
ных, чем ратных людей. В походе на Владимирка Владислав был в войске
Всеволодовом; в 1145 году на зов Владислава, не перестававшего хлопотать
о возвращении стола то на Руси, то у немцев, отправился на меньших Бо-
леславичей Игорь Ольгович с братьями: в средине земли Польской, говорит
летописец, встретились они с Болеславом Кудрявым и братом его Мечиславом
(Межко); польские князья не захотели биться, приехали к Игорю с поклоном
и помирились на том, что уступили старшему брату Владиславу четыре горо-
да во владение, а Игорю с братьями дали город Визну, после чего русские
князья возвратились домой и привели с собою большой полон; тем и кончи-
лись польские отношения. Шведскому князю, который в 1142 году приходил в
60 шнеках на заграничных купцов, шедших в трех лодьях, не удалось овла-
деть последними; купцы отбились от шведов, убивши у них полтораста чело-
век. С финскими племенами продолжалась борьба по-прежнему: в 1142 году
приходила емь из Финляндии и воевала область Новгородскую; но ни одного
человека из них не возвратилось домой: ладожане истребили у них 400 че-
ловек; в следующем году упоминается о походе корелы на емь. О половецких
нашествиях не встречаем известий в летописях: под 1139 годом читаем, что
приходила вся Половецкая земля, все князья половецкие на мир; ходил к
ним Всеволод из Киева и Андрей из Переяславля к Малотину и помирились;
разумеется, мир этот можно было только купить у варваров. После видим,
что половцы участвуют в походе Всеволода на Галич.
Мы видели, что еще во время галицкого похода Игорь Ольгович упоминал
об обещании брата Всеволода оставить ему после себя Киев; в 1145 Всево-
лод в присутствии братьев своих, родных, двоюродных, и шурина Изяслава
Мстиславича прямо объявил об этом распоряжении своем: "Владимир Мономах,
говорил он, посадил после себя на старшем столе сына своего Мстислава, а
Мстислав - брата своего Ярополка: так и я, если бог меня возьмет, отдаю
Киев по себе брату своему Игорю". Преемство Мстислава после Мономаха и
преемство Ярополка после Мстислава нарушило в глазах Ольговича старый
порядок, по которому старшинство и Киев принадлежали всегда самому стар-
шему в роде; так как Мономаховичи первые нарушили этот обычай в пользу
своего племени, то теперь он, Всеволод, считает себя вправе поступить
точно так же, отдать Киев после себя брату, хотя Игорь и не был после
него самым старшим в целом роде Ярославовом. Изяслав Мстиславич сильно
вооружился против этого распоряжения, но делать было нечего, по нужде
целовал он крест, что признает старшинство Игоря. Когда все братья, про-
должает летописец, сели у Всеволода на сенях, то он начал говорить:
"Игорь! Целуй крест, что будешь любить братьев; а вы, Владимир, Святос-
лав и Изяслав, целуйте крест Игорю и будьте довольны тем, что вам даст
по своей воле, а не по нужде". И все братья целовали крест. Когда в 1146
году Всеволод больной возвратился из галицкого похода, то остановился
под Вышгородом на острове, велел позвать к себе лучших киевлян и сказал
им: "Я очень болен; вот вам брат мой Игорь, возьмите его себе в князья";
те отвечали: "Возьмем с радостию". Игорь отправился с ними в Киев, соз-
вал всех граждан, и все целовали ему крест, говоря: "Ты нам князь"; но
они обманывали его, прибавляет летописец. На другой день поехал Игорь в
Вышгород, и вышгородцы также целовали ему крест. Всеволод был еще все
жив: он послал зятя своего Болеслава польского к Изяславу Мстиславичу, а
боярина Мирослава Андреевича к Давыдовичам спросить, стоят ли они в
крестном целовании Игорю, и те отвечали, что стоят. 1 августа умер Все-
волод, князь умный, деятельный, где дело шло об его личных выгодах,
умевший пользоваться обстоятельствами, но не разбиравший средств при
достижении цели.
После братних похорон Игорь поехал в Киев, опять со звал всех киевлян
на гору, на двор Ярославов, и опять все присягнули ему. Но потом вдруг
собрались все у Typовой божницы и послали сказать Игорю: "Князь! приез-
жай к нам". Игорь вместе с братом Святославом поехал, остановился с дру-
жиною, а брата Святослава послал на вече. Киевляне стали жаловаться на
тиуна Всеволодова, Ратшу, и на другого тиуна вышгородского, Тудора, го-
ворили: "Ратша погубил у нас Киев, а Тудор - Вышгород; так теперь, князь
Святослав, целуй крест нам и с братом своим, что если кого из нас оби-
дят, то ты разбирай дело". Святослав отвечал: "Я целую крест за брата,
что не будет вам никакого насилия, будет вам и тиун по вашей воле". Ска-
завши это, он сошел с лошади и целовал крест на вече; киевляне также все
сошли с лошадей и целовали крест, говоря: "Брат твой князь и ты клялись
и с детьми не мыслить зла ни против Игоря, ни против Святослава". После
этого Святослав, взявши лучших мужей, поехал с ними к Игорю и сказал
ему: "Брат! Я поклялся им, что ты будешь судить их справедливо и лю-
бить". Игорь сошел с лошади и целовал крест на всей их воле и на брат-
ней, после чего князья поехали обедать. Но киевляне бросились с веча на
Ратшин двор грабить и на мечников; Игорь выслал к ним брата Святослава с
дружиною, и тот едва утишил их.

Авторские права принадлежат Соловьеву С.М.. Здесь книга представенна для ознакомления.

Hosted by uCoz