История России с древнейших времен(ч.1)

Князьям-изгоям
легко было доискиваться волостей: Русь граничила со степью, а в степи
скитались разноплеменные варварские орды, среди которых легко было наб-
рать войско обещанием добычи; вот почему застепный Тмутаракань служит
постоянным убежищем для изгоев, которые возвращаются оттуда с дружинами
отыскивать волостей.
Мы видели деятельность изгоя Ростислава, сына Владимирова; у него ос-
тались сыновья в том же положении, следовательно, с теми же стремления-
ми; мы видели судьбу изгоя Бориса Вячеславича; у него, как видно, не бы-
ло ни братьев, ни сыновей; но были сыновья у Игоря Ярославича - тоже из-
гои; к числу их Изяслав захотел присоединить еще и детей Святославовых,
тогда как последние имели основание не считать себя изгоями: их отец был
старшим, умер на главном столе. Если Изяслав мог считать это старшинство
незаконным и мстить детям своего гонителя отнятием у них волостей, то
Всеволод не имел на это никакого права: Изяслав был изгнан не одним Свя-
тославом, но Святославом и Всеволодом вместе; Всеволод признавал изгна-
ние Изяслава справедливым, признавал старшинство Святослава до самой
смерти последнего; на каком же основании он мог считать сыновей Святос-
лавовых изгоями, лишить их волостей? Несмотря на то, Всеволод, враждуя с
Святославичами за недавнее изгнание и пользуясь правом победы, не думал
приглашать их в Русь, и тем готовил для себя и для потомков своих новую
усобицу.
Всеволод сел в Киеве, на столе отца своего и брата, взял себе все во-
лости русские, посадил сына своего Владимира в Чернигове, а племянника
Ярополка Изяславича - во Владимире-Волынском, придав к нему Туров. Но
обделенные князья не могли долго оставить его в покое. В 1079 году явил-
ся Роман Святославич с половцами у Воина, Всеволод вышел навстречу, стал
у Переяславля и успел заключить мир с половцами, разумеется, давши им
верное вместо неверного, обещанного Романом. Половцы не только не сдела-
ли для Романа того, за чем пришли, но даже убили его на возвратном пути
вследствие ссоры, которую завел Роман с их князьями за обман, как гово-
рит одно очень вероятное известие. Впрочем, из последующих известий ле-
тописи видно, что виновниками убийства Романова были собственно не по-
ловцы, а козары, знак, что Романове ополчение было сбродное из разных
народов и что козары после разрушения своего царства существовали еще
как особый народ и играли некоторую роль на степных берегах Черного и
Азовского морей. Убив Романа, козары и половцы, разумеется, не могли
жить в мире с братом его Олегом, и потому, как сказано в летописи, они
заточили его за море, в Царьград, откуда его отправили на остров Родос,
нет сомнения, что козары и половцы могли сделать это не иначе, как с
согласия императора, для которого, вероятно, русские изгои были также
опасными соседями: это ясно видно из судьбы Ростиславовой; очень вероят-
но, что заточение Олега произошло и не без ведома Всеволода, который
воспользовался им и послал в Тмутаракань своего посадника Ратибора.
Но Тмутаракань недолго оставалась без изгоев; через год бежали туда
из владимиро-волынских волостей сын Игоря Ярославича, Давыд, и сын из-
вестного уже нам Ростислава Владимировича, Володарь; они выгнали Ратибо-
ра и селя в Тмутаракани; но сидели недолго: чрез год возвратился туда из
изгнания Олег, схватил Давыда и Володаря, сел опять в Тмутаракани, пере-
бил козар, которые были советниками на убиение Романа и на его собствен-
ное изгнание, а Давыда и Володаря отпустил. Лишенные убежища в Тмутара-
кани, эти князья должны были думать о других средствах - как бы добыть
себе волостей. В 1084 году Ростиславичи, по словам летописи, выбежали от
Ярополка, следовательно, ясно, что они жили у него во Владимире без во-
лостей; выбежали, не сказано куда, потом возвратились с войском и выгна-
ли Ярополка из Владимира. С кем возвратились Ростиславичи, откуда взяли
дружину, как могли безземельные князья выгнать Ярополка из его волости?
На все эти вопросы не дает ответа летопись; но и ее краткие известия мо-
гут показать нам, как легко было тогда добыть дружину; ясно также, что
Ростиславичи не могли выгнать Ярополка, не приобретя себе многочисленных
и сильных приверженцев во Владимире. Всеволод послал против Ростислави-
чей сына своего Мономаха, который прогнал их из Владимира и посадил
здесь опять Ярополка. В летописи об этом сказано так, как будто бы все
сделалось вдруг; но из собственных слов Мономаха видно, что борьба с
Ростиславичами кончилась нескоро, потому что он ходил к Изяславичам за
Микулин, в нынешнюю Галицию и потом два раза ходил к Ярополку на Броды,
весною и зимою. Счастливее Ростиславичей был Давыд Игоревич: он ушел с
своею дружиною в днепровские устья, захватил здесь греческих купцов, от-
нял у них все товары; но от греческой торговли зависело богатство и зна-
чение Киева, следовательно, богатство казны великокняжеской, и вот Все-
волод принужден был прекратить грабежи Давыда обещанием дать волость и,
точно, назначил ему Дорогобуж на Волыни, Но этим распоряжением Всеволод
не прекратил, а еще более усилил княжеские распри: Ярополк Изяславич,
князь волынский, в отдаче Дорогобужа Давыду видел обиду себе, намерение
Всеволода уменьшить его волость, и потому начал злобиться на Всеволода,
собирать войско, по наущению злых советников, прибавляет летописец. Уз-
нав об этом, Всеволод послал против него сына своего Владимира, и Яро-
полк, оставя мать в Луцке, бежал в Польшу. Луцк сдался Мономаху, который
захватил здесь мать, жену Ярополкову, дружину его и все имение, а во
Владимире посадил Давыда Игоревича. Вероятно, в это время Червенские го-
рода, область последующего Галицкого княжества, были утверждены за Рос-
тиславичами, потому что после мы видим старшего из них - Рюрика князем в
Перемышле; очень вероятно также, что эта область была отнята Ростислави-
чами у поляков, союзников Ярополковых, не без согласия Всеволода. Но в
следующем году Ярополк пришел из Польши, заключил мир с Мономахом и сел
опять в Владимире; вероятно, такому обороту дел много содействовала
прежняя дружба Мономаха к Ярополку, благодарность старого Всеволода к
отцу его, Изяславу, и нежелание ссориться с сыновьями последнего, из ко-
торых старший должен был получить старшинство по смерти Всеволодовой.
Ярополк, однако, недолго пользовался возвращенною волостию: посидев нес-
колько дней во Владимире, он поехал в Звенигород, один из городов галиц-
ких; когда князь дорогою лежал на возу, то какой-то Нерадец, как видно,
находившийся в дружине и ехавший подле на лошади, ударил его саблею;
Ярополк приподнялся, вынул из себя саблю и громко закричал: "Ох, этот
враг меня покончил!" Нерадец бежал в Перемышль к Рюрику Ростиславичу, а
Ярополк умер от раны; отроки взяли его тело и повезли сперва во Влади-
мир, а потом в Киев, где и погребли его в церкви св. Петра, которую сам
начал строить. В Киеве сильно плакали на похоронах Ярополка; летописец
также жалеет об этом князе, говорит, что он много принял бед, без вины
был изгнан братьями, обижен, разграблен и, наконец, принял горькую
смерть; был он, по словам летописца, тих, кроток, смирен, братолюбив,
давал каждый год десятину в Богородичную киевскую церковь от всего свое-
го имения и просил у бога такой же смерти, какая постигла Бориса и Гле-
ба; бог услышал его молитву, заключает летописец.

Авторские права принадлежат Соловьеву С.М.. Здесь книга представенна для ознакомления.

Hosted by uCoz