История России с древнейших времен(ч.1)

Мы видели, как было принято христианство и как
распространялось; видели, что оно принялось скоро в Киеве, на юге, где
было уже и прежде давно знакомо, но медленно, с большими препятствиями
распространялось оно на севере и востоке: первые епископы Ростова - Фео-
дор и Иларион принуждены были бежать от ярости язычников; в конце описы-
ваемого периода язычество нисколько не уступало и ревности третьего
епископа ростовского, св. Леонтия, который, видя невозможность действо-
вать на взрослое поколение, окрепшее в язычестве, обратился к детям,
стал привлекать их к себе ласкою и учить вере. Мы видим язычество гос-
подствующим и у племен Средней Руси, на Оке, до самых ее низовьев. Оста-
ваясь глухими к увещаниям христианских проповедников, жители севера тем
легче слушали старых волхвов своих: так, читаем в летописи, что в 1024
году встали волхвы в Суздальской земле во время голода и начали убивать
старых женщин, говоря, что они скрывают у себя в теле съестные припасы.
Был мятеж большой по всей той стране, так что сам великий князь Ярослав
принужден был туда отправиться; он переловил волхвов, одних разослал по
разным местам, других казнил, говоря: "Бог за грехи наказывает землю го-
лодом, мором, засухою или какою-нибудь другою казнью, а человек не знает
ничего". И на юге языческие обычаи, предания, поверья еще очень сильны
между христианами; так, читаем в летописи под 1044 годом: "В этот год
умер Брячислав, князь полоцкий, и Всеслав, сын его, сел на столе; этого
Всеслава мать родила от волхованья, потому что когда она родила его, то
была у него язва на голове, и волхвы сказали ей: навяжи ты на эту язву
волшебную повязку, которую пусть носит он до смерти своей; Всеслав точно
носит ее до сих пор; поэтому он так кровожаден".
Самым лучшим средством к торжеству новой веры над старою признано бы-
ло действовать на новое, молодое поколение: так, при Владимире и при
Ярославе отбирали детей у лучших граждан, учили их грамоте и догматам
новой веры; мы видели, что так действовал и св. Леонтий на севере; воз-
можность выучиться грамоте существовала и в других городах, что видно из
жития св. Феодосия. Эта мера скоро принесла свои плоды, скоро обозначи-
лась деятельность молодого, грамотного поколения, получившего из книг
яснейшее понятие о новой вере. Представителями этого молодого, грамотно-
го поколения в семье княжеской были сыновья св. Владимира - Борис, Глеб,
Ярослав. Христианство прежде всего должно было подействовать на самые
мягкие, нежные отношения, отношения родственные; это всего яснее можно
видеть на Борисе и Глебе. Из детей Владимировых они больше всех были по-
хожи на отца своего мягкостию природы: по этому одному уже неудиви-
тельно, что у Владимира было к ним более сочувствия, что он особенно лю-
бил Бориса; и вот эта мягкая природа двух братьев легко воспринимает
влияние христианства, они являются образцами братской любви: "Не хочу
поднять руки на старшего брата", - говорит Борис, и падает жертвою ува-
жения своего к родственным отношениям, освященным религиею. Отсюда по-
нятно значение Бориса и Глеба в нашей истории: они были первомучениками
в этой нравственной борьбе нового христианского общества с старым, язы-
ческим. Брат их Ярослав является представителем нового поколения в дру-
гих отношениях: он сам любит читать книги, собирает их, распространяет
грамотность в земле, является просвещенным христианином в борьбе своей с
язычеством, что видно из приведенного отзыва его о волхвах. После сыно-
вей Владимировых представителем нового, грамотного поколения является
первый русский митрополит Иларион, который умел понять превосходство но-
вого порядка вещей пред старым и умел показать другим это превосходство.
Как молодое поколение оценило новое сокровище, приобретенное им с хрис-
тианством, и как было благодарно людям, которые способствовали ему к
приобретению этого сокровища, видно из отзыва летописца о деятельности
Владимира и Ярослава: "Подобно тому как если бы кто-нибудь распахал зем-
лю, а другой посеял, а иные стали бы пожинать и есть пищу обильную, так
и князь Владимир распахал и умягчил сердца людей, просветивши их креще-
нием; сын его Ярослав насеял их книжными словами, а мы теперь пожинаем,
принимая книжное учение. Велика бывает польза от учения книжного; из
книг учимся путям покаяния, в словах книжных обретаем мудрость и воздер-
жание: это реки, напояющие вселенную, это исходища мудрости, в книгах
неисчетная глубина, ими утешаемся в печали, они узда воздержания".
Действия книжного учения, ближайшего знакомства с новою верою не замед-
лили обнаружиться в целом ряде христианских подвижников. Для упрочения
христианства мало было взять детей из домов полуязыческих родителей;
нужно было, чтоб некоторые из нового поколения отторглись совершенно от
общества, сильно пропитанного язычеством; для упрочения христианства
нужно было, чтоб оно распространилось не словом только, но самым делом;
нужно было, чтоб в некоторых избранных обнаружилось действие нового уче-
ния, и они пошли бы на проповедь не с огнем и мечом, как Добрыня или Пу-
тята, но с величием подвига христианского. При господстве материальной
силы, пред которою все преклонялось, нужен был ряд подвижников, которые
показали бы подвиги, превышавшие подвиги богатырей, которые показали бы
господство духа над плотию, показали бы чудеса мужества другого рода,
борьбу, более изумительную, и приобрели бы своими подвигами благоговение
к себе и к тому учению, которое дает силы к подобным подвигам. Монашест-
во, по некоторым известиям, явилось на Руси очень рано: так, есть преда-
ние, что еще первый киевский митрополит Михаил построил в Киеве монас-
тырь на горе против холма Перунова; есть также иностранное известие, что
киевский митрополит встречал Святополка и Болеслава Храброго в монастыре
св. Софии; при Ярославе построены монастыри Георгиевский и Ирининский.
Но эти монастыри не были такие, какие надобны были тогда для упрочения
христианства, их монахи не были настоящими подвижниками: "Много монасты-
рей, - говорит летописец, - поставлено от царей и бояр на богатом ижди-
вении, но не таковы эти монастыри, как те, которые поставлены слезами,
постом, молитвою, бдением". Когда новое поколение короче познакомилось с
новою верою, тогда между некоторыми из него обнаружилось то же самое
стремление, какое было сильно и между язычниками русскими, стремление
посетить Грецию, с тою, однако, разницею, что прежние руссы-язычники хо-
дили в Грецию для выгодной службы в полках Империи, для торговли, для
грабежа, а теперь русские христиане стали ходить не для материальных вы-
год, но для того, чтобы получить утверждение в вере. Так явился на Афоне
один из русских христиан, житель города Любеча, по имени Антипа, и пост-
ригся в одном из тамошних монастырей под именем Антония: недалеко от мо-
настыря Есфигмена, подле морского берега, показывают пещеру первого
русского инока. Греческий игумен понял всю пользу, какую подвиги Антония
могут принести на Руси, и отпустил его назад на родину.

Авторские права принадлежат Соловьеву С.М.. Здесь книга представенна для ознакомления.

Hosted by uCoz