История России с древнейших времен(ч.1)

Увечье и вознаграждение за не-
го различались, смотря по тому, каким образом оно будет нанесено; также
- смотря по тому, мог ли излечиться поврежденный член или нет, и по важ-
ности члена; обидою считалось действие, в котором обнаруживалось намере-
ние нанести побои и увечье. Относительно кражи похитивший обязан был
возвратить похищенное и платить известную сумму за обиду, смотря по цен-
ности украденного; исключение составляет в некоторых списках коневый
тать, которого мир выдавал князю на поток. В числе похищений чужой
собственности полагался увод, укрывательство беглого холопа, помощь,
оказанная ему во время бегства, нерадение при поимке. Упоминаются случаи
порчи, истребления чужой собственности. Большую пеню платили за повреж-
дение межевых знаков. Убийство вора не считалось убийством, если было
совершено при самом воровстве, когда вор еще не был схвачен; но счита-
лось убийством, если вор был убит связанный или во время бегства.
Правда (следование дела, исправление зла) происходила следующим обра-
зом: обиженный должен был представить свидетелей своей обиды; но ясные
знаки побоев, увечья признавались достаточным свидетельством; свидетель
должен был говорить слово в слово, как сам жалующийся; прежде всего
спрашивалось, кто первый начал драться, и зачинщик платил пеню. Если
придет жаловаться человек с ясными признаками побоев, но явятся свидете-
ли, которые покажут, что он сам был зачинщиком драки, то он ничего не
получает с противника и сам не платит: побои вменяются ему в платеж.
Свидетель должен быть человек свободный; если не будет свободного, то по
нужде можно сослаться на боярского тиуна; в малом иске по нужде можно
сослаться на закупня; впрочем, истец мог взять и холопа в свидетели, но
в таком случае если ответчик после испытания железом оправдается, то ис-
тец платил ему за то, что поклепал его по речам холопа. Если не найдется
свидетель, а обвинение будет в убийстве, то обвиненный должен был под-
вергнуться испытанию железом; это испытание употреблялось при обвинении
в воровстве, если поличного не было и если цена украденной вещи была не
менее полгривны золота, если же меньше, то употреблялось испытание во-
дою; если же цена похищенного была менее двух гривен серебра, то обви-
ненный присягал в своей невинности. Обычай испытания железом и водою у
соседних Руси народов существовал с незапамятных времен, вследствие чего
мы и решились отнести этот обычай к описываемому времени. Как у нас, так
и у соседних народов, железо предписывалось только в тяжких обвинениях.
В Богемии подсудимый обязан был простоять известное время на раскаленном
железе, либо держать на нем два пальца до тех пор, пока совершит предпи-
санную присягу. У сербов обвиненный должен был опустить руку в раскален-
ный котел, либо, выхватив железо из огня при дверях храма, отнести его к
алтарю. Подвергавшийся испытанию водою должен был сделать несколько ша-
гов в глубину реки; если он при этом робел и мешался, то проигрывал де-
ло. Здесь начало пытки. Когда обокраденный объявит немедленно о своей
пропаже во всеуслышание на торгу, то по отыскании своей вещи имел право
взять ее у кого нашел без всяких судебных форм; и тот, у кого найдена
вещь, обязан заплатить хозяину за обиду, а князю - продажу. Если же
обокраденный не повестит о своей пропаже на торгу и увидит ее у кого-ни-
будь другого, то не может сказать ему: "Это мое", но обязан вести его на
свод, чтобы тот указал, где взял вещь. Свод в одном городе продолжался
до конца, если же переходил черту города, то останавливался на третьем
ответчике, который должен был платить истцу деньгами, а сам брал вещь и
отыскивал снова похитителя; при отыскивании раба свод шел во всяком слу-
чае только до третьего ответчика, который отдавал истцу своего раба
вместо украденного, а сам отыскивал настоящего вора. Свода из своего го-
рода в чужую землю не было; но ответчик мог только представить свидете-
лей или мытника (сборщика торговых податей), при которых купил иск, пос-
ле чего истец брал свою вещь, не получая никакого вознаграждения за то,
что вместе с нею пропало, а ответчик терял свои деньги. То же самое про-
исходило, когда ответчик хотя и мог посредством двух свободных свидете-
лей или мытника доказать, что он действительно купил вещь или раба, но
не знает, у кого именно; по отыскании же своего продавца он мог взять с
него свои деньги, и последний обязан был удовлетворить первого истца за
то, что у него пропало вместе с краденым. Если хозяин заметит покражу, а
вор уже убежал, то с свидетелями и с чужими людьми он гонится по следам
вора; если след приведет к селу или шатру (товару) и жители села или
владетели шатра не отведут от себя следу, не пойдут на след или станут
отбиваться, то должны платить и цену украденной вещи и продажу князю;
если же след исчезнет на большой дороге, где нет ни людей, ни жилища их,
то никто не платит. В разных списках Правды встречаем уставы о процентах
(резе), существовавшие до Владимира Мономаха и при нем изданные, о пок-
лаже (даче имущества на сохранение), о долговых взысканиях: если заимо-
давец станет требовать с должника своих денег, а тот запрется, что не
брал, то заимодавец выводит свидетелей, которые если присягнут, то иск
его правый, то должник платит взятые деньги и, кроме того, за обиду; в
некоторых же списках говорится: "если кто чего взыщет на другом и пос-
ледний начнет запираться, то идти ему на извод пред 12 мужей". Если ку-
пец, взявши в долг деньги, потерпит убыток от кораблекрушения, рати или
огня, то заимодавцы не имеют права требовать с него денег вдруг - он
выплачивает им понемногу; если же должник пропьется или пробьется (веро-
ятно, если истеряет имущество на виры или платежи за побои), или своим
нерадением погубит чужое имущество, то от заимодавцев зависит - ждать
уплаты или продать должника. Если последний будет должен многим, то заи-
модавцы могут вести его на торг и продать; вырученными деньгами прежде
всего удовлетворяются иностранные купцы, гости, остальное делят свои за-
имодавцы; если же на должнике будут княжие деньги, то князь удовлетворя-
ется прежде всех.
О наследстве в Русской Правде встречаем следующие статьи: если умрет
простой человек, смерд, и сыновей у него не будет, то имущество его пе-
реходит к князю; если останутся у него дочери, то давать часть на них,
какую - не сказано: впрочем, она зависела от князя; если же дочери будут
замужем, то не давать им части. Если умрет боярин или дружинник, то име-
ние нейдет к князю; но если не будет сыновей, то дочери возьмут. После
признания князей в городах родоначальника заменил князь - Рюрикович,
имение бездетного смерда переходило в распоряжение князя, дочь наследо-
вала по старому обычаю, ибо ее назначение было оставить свой род для чу-
жого; незамужняя женщина не могла быть самостоятельною владелицею, са-
мостоятельным членом общества, как прежде не могла быть самостоятельным
членом рода. Что имение могло идти только к сыновьям, а не в боковые ли-
нии, это было необходимо в описываемое время: родич, выделившийся из ро-
да, прерывал с последним всякую связь, - ни он не имел права вступаться
в общую родовую собственность, ни остальные родичи также не имели права
вступаться в его имущество.

Авторские права принадлежат Соловьеву С.М.. Здесь книга представенна для ознакомления.

Hosted by uCoz