История России с древнейших времен(ч.1)

Князь се-
верного владения выступает в поход, но это не вождь одной варяжской шай-
ки, дружины - в его руках силы всех северных племен; он идет по обычному
варяжскому пути, но идет не с целию одного грабежа, не для того только,
чтобы пробраться в Византию; пользуясь своею силою, он подчиняет себе
все встречающиеся ему на пути племена, закрепляет себе навсегда все на-
ходящиеся на нем места, города, его поход представляет распространение
одного владения на счет других, владения сильного на счет слабейших. Си-
ла северного князя основывается на его правительственных отношениях к
северным племенам, соединившимся и призвавшим власть, - отсюда видна вся
важность призвания, вся важность тех отношений, которые утвердились на
севере между варяжскими князьями и призвавшими племенами.
Перешедши волок и достигши Днепра, Олег утверждается в земле днеп-
ровских кривичей, закрепляет себе их город Смоленск, сажает здесь своего
мужа, разумеется, не одного, но с дружиною, достаточною для удержания за
собой нового владения. Из Смоленска Олег пошел вниз по Днепру, пришел в
землю северян, взял город их Любеч и прикрепил его к своему владению,
посадив и здесь мужа своего. Как достались Олегу эти города, должен ли
был он употреблять силу или покорились они ему добровольно - об этом
нельзя ничего узнать из летописи. Наконец, Олег достиг Киева, где княжи-
ли Аскольд и Дир; здесь, по преданию, он оставил большую часть своих ло-
док назади, скрыл ратных людей на тех лодках, на которых подплыл к Кие-
ву, и послал сказать Аскольду и Диру, что земляки их, купцы, идущие в
Грецию от Олега и княжича Игоря, хотят повидаться с ними. Аскольд и Дир
пришли, но тотчас же были окружены ратными людьми, повыскакавшими из ло-
док; Олег будто бы сказал киевским князьям: "Вы не князья, ни роду кня-
жеского, а я роду княжеского" и, указывая на вынесенного в это время
Игоря, прибавил: "Вот сын Рюриков". Аскольд и Дир были убиты и погребены
на горе. Разумеется, историк не имеет обязанности принимать предание с
теми подробностями, в тех чертах, в каких оно достигло до первого лето-
писца и записано им. В этом предании видно как будто намерение оправить
Олега, дать северным князьям Рюрикова рода право на владение Киевом, где
сели мужи Рюрика, не князья, не имевшие права владеть городом независи-
мо. Олег представлен не завоевателем, но только князем, восстановляющим
свое право, право своего рода, нарушенное дерзкими дружинниками. Быть
может, само предание о том, что Аскольд и Дир были члены дружины Рюрико-
вой, явилось вследствие желания дать Рюрикову роду право на Киев. В не-
которых списках летописи встречаем также подробности о неприязненных от-
ношениях Аскольда и Дира к Рюрику: так, есть известие, что они по неудо-
вольствию оставили северного князя, не давшего им ни города, ни села,
что потом, утвердясь в Киеве, воевали полочан и наделали им много зла
очень вероятно, что они могли нападать на южные, ближайшие к ним пределы
владений Рюриковых, Также замечено было уже известие о бегстве новгород-
цев, недовольных Рюриком, в Киев к Аскольду и Диру.
Как бы то ни было, убив Аскольда и Дира, Олег утвердился в Киеве,
сделал его своим стольным городом; по свидетельству летописца, Олег ска-
зал, что Киев должен быть "матерью городам русским". Понятно в смысле
предания, что Олег не встретил сопротивления от дружины прежних вла-
дельцев Киева: эта дружина и при благоприятных обстоятельствах была бы
не в состоянии померяться с войсками Олега, тем более, когда так мало ее
возвратилось из несчастного похода греческого; часть ее могла пристать к
Олегу, недовольные могли уйти в Грецию. Понятно также, почему Олег ос-
тался в Киеве: кроме приятности климата, красивости местоположения и бо-
гатства страны сравнительно с севером, тому могли способствовать другие
обстоятельства. Киев, как уже было замечено, находится там, где Днепр,
приняв самые большие притоки свои справа и слева, Припять и Десну, пово-
рачивает на восток, в степи - жилище кочевых народов. Здесь, следова-
тельно, должна была утвердиться главная защита, главный острог нового
владения со стороны степей; здесь же, при начале степей, должно было
быть и, вероятно, было прежде сборное место для русских лодок, отправ-
лявшихся в Черное море. Таким образом два конца великого водного пути,
на севере со стороны Ладожского озера и на юге со стороны степей, соеди-
нились в одном владении. Отсюда видна вся важность этого пути в нашей
истории: по его берегам образовалась первоначальная Русская госу-
дарственная область; отсюда же понятна постоянная тесная связь между
Новгородом и Киевом, какую мы видим впоследствии; понятно, почему Новго-
род всегда принадлежал только старшему князю, великому князю киевскому.
Первым делом Олега в Украйне было построение городов, острожков,
сколько для утверждения своей власти в новых областях, столько же и для
защиты со стороны степей. Потом нужно было определить отношения к старым
областям, к племенам, жившим на северном конце водного пути, что было
необходимо вследствие нового поселения на юге; главная форма, в которой
выражались отношения этих племен к князю, была дань, и вот Олег уставил
дани славянам (ильменским), кривичам и мери; новгородцы были особо обя-
заны платить ежегодно 300 гривен для содержания наемной дружины из варя-
гов, которые должны были защищать северные владения. Сперва, как видно,
эта стража состояла исключительно из варягов, потом, когда эта исключи-
тельность исчезла, то вместо варягов встречаем уже общее название гри-
дей, наемная плата увеличивалась по обстоятельствам: так, после раздава-
лась гридям уже тысяча гривен вместо трехсот; прекратилась эта выдача
денег со смертию Ярослава I, вероятно, потому, что с этого времени нов-
городцы не могли более опасаться нападений ни с которой стороны, а, мо-
жет быть, также между ними и князьями сделаны были другого рода распоря-
жения относительно внешней защиты.
Построив города и установив дани у племен северных, Олег, по преда-
нию, начинает подчинять себе другие племена славянские, жившие к востоку
и западу от Днепра. Прежде всего Олег идет на древлян, у которых давно
шла вражда с полянами; древляне не поддались добровольно русскому князю,
их нужно было примучить, чтобы заставить платить дань, которая состояла
в черной кунице с жилья. В следующем, по счету летописца, году (884)
Олег пошел на северян, победил их и наложил дань легкую; эта легкость
должна объясняться малым сопротивлением северян, которые платили дань
козарам и, следовательно, могли легко согласиться платить ее русскому
князю; с своей стороны Олег должен был наложить на них только легкую
дань, чтобы показать им выгоду русской зависимости перед козарской; он,
по преданию, говорил северянам: "Я враг козарам, а вовсе не вам". Ради-
мичи, платившие также дань козарам, в следующем году не оказали никакого
сопротивления Олегу, он послал спросить у них: "Кому даете дань?" Те от-
вечали: "Козарам". "Не давайте козарам, - велел сказать им Олег, - а да-
вайте лучше мне", и радимичи стали платить русскому князю те же два шля-
га от рала, которые давали козарам.

Авторские права принадлежат Соловьеву С.М.. Здесь книга представенна для ознакомления.

Hosted by uCoz